Рыбалка на Урале

Вариантов донок не пересчитать. Простейшая заводская донная спасть поступает в продажу вместе с оснасткой. Состоит она из бамбукового или стеклопластикового хлыста длиной около 1 м, нижняя часть которого оканчивается металлическим наконечником для втыкания в береговой грунт, мотовилец с леской и крючком, скользящего грузила типа «оливки», колокольчика и кусочка пробки для втыкания крючка до и после рыбалки.

Донку забрасывают так. Смотав леску с мотовилец, ее раскладывают на чистом, без травы, коряг и камней, участке берега. Причем раскладывают не как попало и не кругами, а змейкой. В левую руку берут удильник, а в правую — леску выше грузила. После короткого раскачивания снасть резко посылают чуть вверх и вперед, а удильник перекладывают в правую руку и перед приводнением грузила и живца подают вперед. Заброс часто производят и путем раскручивания грузила и приманки сначала медленно, затем все быстрее. В этом случае удается значительно увеличить дальность заброса.

Когда грузило (а вместе с ним и приманка) достигнет дна, леска провиснет. Тогда удильник втыкают в грунт, выбирают слабинку, леску (если она не пропущена через петлю на кончике удильника) простой петелькой накидывают на кончик удильника и, отступя 30-40 см от вершинки, подвешивают колокольчик. При хватке хищника колокольчик подает сигнал, после чего делают подсечку и, если она окажется удачной, вываживают попавшуюся рыбу.

Такая снасть, конечно, примитивна. Хищник, схватив рыбешку, может почувствовать неладное и нередко успевает выбросить приманку. Кроме того, короткое грубое удилище практически не участвует ни в забросе, ни при вываживании. Вот почему некоторые рыбалки считают, что рыбалка на Урале более продуктивна со спиннингом.

Выводы исследователей были поддержаны такими видными учеными нашего времени. В книге «Речной сток» (1968 г.), выдержавшей три издания и получившей широкое признание, Соколовский пишет: «А. А. Молчанов на основании произведенного сравнительного анализа данных по 88 парам речных бассейнов с различной степенью облесенности пришел к выводу, что годовой сток рек с облесенных бассейнов в 50% случаев оказался выше, чем с малооблесенных», и что в основном подтвердились взгляды об увеличении стока под влиянием леса.

На этом, казалось бы, можно было поставить точку, посчитав, таким образом, многолетний спор о влиянии леса на речной сток законченным в пользу сторонников положительного влияния леса на водоносность рек.

И все же точку ставить рано, прежде всего потому, что примененный указанными исследователями метод сравнения в научном отношении далеко не безупречен. Он вызывает серьезные замечания и определенные возражения. Между тем несомненно, что метод исследования в науке играет первостепенное значение. От правильности метода во многом, если не полностью, зависит объективность, а, следовательно, обоснованность и надежность выводов. Метод в науке А. И. Герцен справедливо называл эмбриологией истины.

Метод сравнения, примененный Бочковым и другими учеными, предусматривал подбор пары бассейнов, различающихся только по степени залесенности при прочих одинаковых условиях. Однако сделать это, как известно, очень трудно, так как в большинстве случаев залесенный водосбор отличается от безлесного или малозалесенного рельефом, типами почв, расположением уровня грунтовых вод и другими факторами.

При всей осторожности применения метода сравнения неизбежно на поверку оказывается, что более залесенные бассейны расположены несколько севернее (ближе к лесной зоне), а менее залесенные — немного южнее (ближе к лесостепной и степной зонам). Особенно это касается бассейнов значительных размеров: в лесной зоне нет больших безлесных бассейнов, а в степной — залесенных. Таким образом, полученные зависимости отражали влияние не леса в чистом виде, а зональных изменений всего комплекса природных условий.

Ненадежность метода подтверждается и выводами Бочкова.

Львович в работе «Человек и воды», детально проанализировав исследования, выполненные Бочковым методом сравнения, так резюмирует свое суждение о его выводах, касающихся влияния леса на годовой сток. Все же время от времени появляются произведения, в которых цепочка ошибочных предпосылок приводит к столь же ошибочным выводам, дающим неверное представление о научном и практическом состоянии проблемы антропогенных изменений водного баланса и речного стока. Полное отсутствие какого-либо смысла в методе, примененном указанным автором, было нами доказано с предельной ясностью; совершенно очевидна научная и практическая бессодержательность полученных им выводов.

В этом суждении, несомненно, есть значительная доля правды, хотя оно и высказано, может быть, в слишком резкой форме.

Учитывая постоянные сомнения относительно равенства прочих условий (кроме степени залесенности), при применении метода сравнения для оценки влияния леса на водоносность рек прибегают к приему, который позволяет в какой-то мере избавиться от недостатка метода.

Метод сравнения с использованием районирования применяет в своих исследованиях, например, Идзон (1975 г.). Подбирая и сравнивая между собою пары бассейнов в пределах выделенных районов, существенно отличающихся по степени залесенности, Идзон пришел к выводу, что лес влияет на годовой сток не однозначно, а различно, в каждом выделенном районе по-особому. В одних районах — в большей части сравниваемых между собой пар бассейнов, отличающихся по степени залесенности, — годовой сток более залесенных бассейнов выше, чем менее залесенных, в других — наоборот. При этом в пределах каждого выделенного района встречаются бассейны, в которых лес влияет положительно — увеличивает годовой сток, и бассейны, в которых лес влияет отрицательно — уменьшает годовой сток.

Существенным недостатком этого метода является, как отмечено выше, отсутствие объективных признаков районирования. Если в одних бассейнах лес увеличивает сток, а в других уменьшает, то, очевидно, должны быть бассейны, в которых лес не влияет на сток.

О недостатке метода говорит и вывод Идзона о том, что лес может и уменьшать и увеличивать годовой сток, однако неизвестно, почему это происходит в природе. Если исследования не дают ответа на вопрос почему, это уже не наука. Такими выводами практически воспользоваться нельзя.

Наряду с методом сравнения разработаны и применяются в гидрологии и другие, более строгие методы исследования. Широкое распространение в последние годы получил метод водного баланса, использование которого предполагает изучение и измерение или косвенный расчет в избранных бассейнах всех элементов, определяющих баланс: атмосферных осадков, испарения, стока, изменения уровня грунтовых вод и вод в зоне аэрации (выше уровня грунтовых вод).

Однако на пути применения этого метода еще много трудностей, заключающихся в недостаточно высокой точности измерения и расчета отдельных элементов водного баланса. Начать с того, что, казалось бы, самый простой его элемент — атмосферные осадки — измеряется осадкомерными приборами все еще весьма несовершенно. Часть осадков теряется в результате смачивания стенок осадкомера, испарения воды в период между измерениями и ветрового выдувания (особенно снега). Хотя осадки измеряются уже сотни лет, нет прибора, позволяющего измерить их истинную величину. Для того чтобы приблизиться к ней, в измерения вводят поправки, значения которых достигают 10, 25, 50% и более. Особенно велики такие поправки для северных районов СССР, где значительная часть годовых осадков выпадает в виде снега.

Еще сложнее дело обстоит с измерением испарения с поверхности бассейна, покрытого лесом. В сущности, наука до сих пор не располагает методами непосредственного измерения этого элемента водного баланса. Поэтому при изучении водного баланса величину испарения рассчитывают косвенными методами, опираясь на измерение элементов теплового баланса земной поверхности (прихода и расхода солнечного тепла). Весьма сложной и трудоемкой задачей является определение изменений запасов воды в зоне аэрации, запасов грунтовых и поверхностных вод и др.

Несмотря на сложность метода водного баланса, он все шире применяется в гидрологических исследованиях. По мере накопления опыта и совершенствования приборов точность измерения и расчета элементов водного баланса непрерывно повышается, выводы становятся более надежными. Вероятно, именно на пути применения этого метода можно ожидать наибольшего успеха.

Таким образом, Булавко в сущности подтвердил выводы Оппокова о преобладающей роли климатических факторов, сделанные еще в начале нашего века. Но Булавко пошел дальше и наряду с анализом многолетнего изменения годового стока произвел исследование сезонного распределения стока в том же бассейне Немана за 150 лет наблюдений. В качестве характеристики внутригодовой неравномерности стока он принял отношение объемов стока за три весенних месяца (март — май), когда преобладает поверхностный сток, к объемам летнего стока (июнь—август), когда питание Неман получает в основном за счет грунтовых вод. Это отношение он назвал коэффициентом неравномерности стока. И получил весьма убедительные данные, показывающие, что в течение 150 лет по мере уменьшения степени залесенности внутригодовая неравномерность стока непрерывно и устойчиво возрастала. Коэффициент неравномерности при средней величине, равной 2,36, в 1811 — 1840 гг. был равен 2,03, в 1841 — 1870 гг. — 2,25, в 1871 — 1900 гг. — 2,33, в 1901 — 1930 гг. — 2,45 и в 1931 — 1960 гг. — 2,75. За 150 лет коэффициент неравномерности увеличился с 2,03 до 2,75. Эти данные, таким образом, показывают, что весенний сток (март — май) за 150 лет увеличился, а летний сток (июнь—август) уменьшился. Из этого неизбежно следует вывод: лес уменьшает поверхностный сток и увеличивает грунтовый сток, существенно не влияя на объем годового стока, во всяком случае в бассейне Немана.

Нельзя не отметить, что изменение внутригодовой неравномерности стока удалось обнаружить при анализе 150-летнего ряда наблюдений. При анализе более коротких рядов наблюдений (20 — 30 лет), с которыми обычно имеют дело в гидрологии, выявить эти изменения практически невозможно, так как они лежат в пределах точности расчетов.

Средний годовой сток лесного Таежного лога оказался почти на 25% меньше стока безлесного Усадьевского лога (230 и 300 мм). Сток лога Синяя Гнилка по мере лесовозобновления непрерывно уменьшался. Поскольку в равенстве климатических условий этих близко расположенных логов не было никаких сомнений, напрашивался вывод: лес уменьшает сток и, следовательно, испаряет влаги больше, чем открытая безлесная поверхность. Казалось, вопрос, который дискутировался многие десятки лет, решен не в пользу сторонников положительного влияния леса на водоносность рек. Однако ученые еще и еще раз анализируют материалы Валдайского и других аналогичных полевых экспериментов. И вновь приходят к выводу: нет, и по этим данным нельзя надежно сказать, как влияет лес на водоносность рек.

При высокой инфильтрационной способности почв Таежного лога часть осадков, выпадающих на его поверхность, просачивается вглубь до уровня грунтовых вод и затем стекает подземным путем, минуя измерительное сооружение (водослив), установленное в русле лога для учета стока. Следовательно, бассейн Таежного лога незамкнутый. А если это так, то из сравнения стока двух логов нельзя сделать вывод, что лес увеличивает испарение, уменьшая таким образом сток. Для выяснения этого необходимы детальные исследования всего водного баланса этих логов, включая осадки, сток, испарение, режим подземных вод.

Такие исследования были проведены, и оказалось, что полный сток Таежного лога (включая воду, которая фильтруется в грунт и не учитывается измерительным устройством) не меньше стока Усадьевского лога. Практически суммарный (поверхностный подземный) сток и другие элементы водного баланса близки друг к другу.

Многолетние наблюдения показали следующее: водный баланс Таежного лога — осадки 840 мм, сток 330 мм, испарение 510 мм, а Усадьевского лога соответственно — 800, 300 и 500 мм в среднем за год.

Одновременно было установлено, что в лесу атмосферных осадков выпадает несколько больше, чем в открытой безлесной местности.

Теперь уже можно сделать совсем другой вывод: лес почти не влияет на сток или немного увеличивает его, и основной причиной этого является большее количество осадков. При этом очень важно отметить, что увеличивается не поверхностный, а подземный сток. Около 100 мм (330 — 230=100) поглощается почвогрунтами бассейна Таежного лога. Испарение же с лесного и безлесного бассейнов оказалось практически одинаковым. Подобных материалов экспериментальных исследований, подтверждающих факт снижения поверхностного стока в малых залесенных бассейнах и на стоковых площадках, можно было бы привести много.

Ну а как же результаты, полученные в Таежном и Усадьевском логах, согласуются с данными эксперимента в бассейне Синяя Гнилка, где по мере лесовозобновления сток непрерывно уменьшался в течение 20 лет? Не противоречит ли это выводам, полученным по данным водного баланса для бассейна Таежного лога? Детальные исследования водного баланса в бассейне Синяя Гнилка показали: нет, не противоречит. По мере лесовозобновления в бассейне Синяя Гнилка поверхностный сток уменьшался и соответственно увеличивался подземный. Перевод значительной доли поверхностного стока в устойчивый подземный сток — и есть разгадка гидрологической роли леса и тайны Таежного лога.

Основным преимуществом метода множественной корреляции является возможность выявления влияния на сток не одного или двух факторов, взятых в отдельности, а ряда факторов (например, 5 — 10), от которых в той или иной мере зависит режим речного стока. Этот метод, следовательно, позволяет (разумеется, при соблюдении ряда требований и ограничений) проводить более углубленное исследование влияния всего комплекса физико-географических факторов (залесенность, заболоченность, уклон, распаханность и др.) и каждого фактора в отдельности на режим стока (годовой, сезонный, максимальный и др.). Короче говоря, этот метод позволяет в принципе избавиться от вечного сомнения в равенстве прочих условий.

Одна из первых попыток использовать этот метод для выявления влияния физико-географических факторов (в их числе степени залесенности) на внутригодовую неравномерность стока принадлежит В. И. Бабкину (1969 г.). В качестве обобщенной характеристики внутригодового режима стока он принял так называемый коэффициент внутригодовой неравномерности.

Для того чтобы представить, что означает коэффициент, мысленно представим себе годовой гидрограф стока (график хода объема стока), на котором проведена линия, соответствующая среднегодовому расходу воды. Часть площади гидрографа, расположенная ниже линии среднегодового расхода воды, отнесенная ко всей площади гидрографа стока, и будет характеризовать внутригодовую зарегулированность, а разница й — внутригодовую неравномерность стока.

Теперь, после необходимых разъяснений, касающихся метода множественной корреляции и условий, в которых он был применен, остановимся на выводах, полученных в результате исследования. Придерживаясь рамок интересующего нас предмета, рассмотрим лишь оценку степени влияния леса на внутригодовую естественную зарегулированность стока.

Результаты не дают однозначного ответа и несколько разочаровывают: в одних районах лес положительно влияет на внутригодовую зарегулированность стока, в других — отрицательно. Почему так происходит, установить не удалось. В 35 районах (из 56) значения частных (т. е. отражающих влияние какого-либо одного фактора) коэффициентов корреляции между коэффициентом зарегулированное и степенью залесенности оказались недостоверными, так как величины этих коэффициентов сопоставимы с ошибками расчета. При всей кажущейся заманчивости метода множественной корреляции применение его для изучения влияния леса на режим стока пока не вышло из стадии поисков. В сложном клубке различных взаимосвязанных факторов, влияющих на сток рек, трудно выделить и оценить роль какого-либо одного. Для этого требуется, как говорится, большой объем информации — большее число пунктов и большая продолжительность наблюдений.

При значительном числе выделенных Бабкиным районов в пределах каждого района оказалось сравнительно мало пунктов наблюдений, с помощью которых можно было бы выявить влияние большого числа факторов (в рассмотренном примере их было 8), и продолжительность наблюдений была недостаточной для надежных выводов.